Почему исполнение желаний не всегда приносит радость?

Современная культура нацеливает на успех и личные достижения. Тем самым вроде бы подразумевается, что мы должны прикладывать усилия, чтобы воплотить мечты. Но при этом мы то и дело слышим скептиков, повторяющих поговорку «Бойся своих желаний, потому что они могут исполниться». Откуда взялась такая идея? Это просто оправдание для неудачников или в ней есть рациональное зерно?

«Я так мечтала выйти замуж! — вспоминает 26-летняя Ирина. — Воображала себе заманчивые картинки: красивая свадьба, волшебное путешествие. Все сбылось — и что? Праздник прошел, начались будни, за год вся романтика выветрилась. Чувствую себя обманутой, хотя кто меня обманул, непонятно».

У каждого из нас в багаже есть подобные истории, начиная с первых детских разочарований, когда осуществление желания не приносит той радости, гордости, ликования, каких ждали. Мы испытываем фрустрацию, чувствуем себя обманутыми и даже можем решить не тратить отныне силы на «пустые» мечты, чтобы не обжечься снова. Не потому ли некоторые родители, чтобы уберечь детей, учат их: «Нет слова «хочу», есть слово «надо»? И ребенок, а потом взрослый, не позволяет себе слышать свои желания. Почему же мы их боимся?

«В детстве у меня было мало радостей, — рассказывает 32-летняя Арина. — Мне казалось, люди в нашем городке живут такой скучной, сонной жизнью из-за того, что бедны, что деньги — ключ к яркому, интересному. Я сделала все, чтобы получить серьезное образование и пробиться в солидную компанию, где хорошо платили. Но скоро стало ясно, что деньги не скрашивают офисную тоску. Я с трудом выдержала два года и ушла в стартап. Получаю пока немного, зато глаза горят!»

Арина не понимала толком, чего хочет: ей казалось, что денег, а на самом деле — яркой творческой жизни. «Формулируя желание только в общих словах — «хочу денег», «хочу замуж» и тому подобное, мы не отдаем себе отчета, что на самом деле под этим подразумеваем. Нам кажется, что и так все понятно, — комментирует системный семейный психотерапевт Варвара Сидорова. — Но это не так. Простой пример: мы говорим, что хотим сладкого, наедаемся пирожных и потом корим себя за слабость. Но если бы мы подумали, то поняли бы, что на самом деле нам хотелось улучшить настроение. И это можно было сделать гораздо более здоровым способом, например поплавав в бассейне». Другими словами, не всегда желания нужно понимать буквально. Иногда это лишь красивая обертка, которую надо вскрыть и рассмотреть то главное, что скрыто внутри.

«После рождения ребенка жена три года сидела дома, но мечтала вернуться к работе, — рассказывает 37-летний Игорь. — Нам помогли найти чудесную няню. Жена была счастлива, я тоже, мы оба с головой ушли в свои проекты. И теперь с ужасом видим, что дочь больше привязана к няне, чем к нам».

Стремясь к вдохновляющей цели, мы не всегда учитываем, что исполнение желания может принести с собой и какое-то обременение. «Многие склонны идеализировать будущее, к которому они стремятся, — отмечает Варвара Сидорова. — Им представляется, что ко всему хорошему, что у них есть, прибавится еще что-то хорошее. Но даром ничего не дается. Когда мы что-то получаем, нам приходится и что-то отдать. К плюсам всегда прилагаются и минусы». И если мы к этому не готовы, то вместо радости испытываем разочарование.

«Моя мама профессор, ей хотелось, чтобы я тоже занялась наукой. И я вроде тоже к этому стремилась, — вспоминает 38-летняя Елена. — Но уже в аспирантуре появились сомнения: мое ли это дело? А защитив диссертацию, я окончательно поняла: нет, я не теоретик, я практик, — и ушла работать в школу».

Мы не всегда умеем отличить чужое желание от своего. «Оно может быть внушено нам, или мы выполняем его для того, чтобы кто-то другой был доволен, — говорит Варвара Сидорова. — Часто так случается с тем, кто не уверен в себе, у кого нет хорошего контакта с собой. И тогда он может заразиться чужой увлеченностью, приняв ее за собственную».

В 40 лет Олег встретил любовь, о которой всегда мечтал. Но он не может бросить жену — она тяжело больна. Казалось бы, исполнению его желания мешает долг, но это не так.

«На самом деле здесь сталкиваются два желания, — объясняет Варвара Сидорова. — Одно, очевидное, — быть с любимой женщиной. Другое, менее очевидное, — не быть подлецом, не предавать человека, с которым прожито немало лет. В таких ситуациях приходится взвешивать, какое стоит больше». Осуществив второе желание, Олег будет страдать, но он страдал бы и выбрав первое. Неудивительно, что оба желания его пугают.

Так бывает, например, со спортсменами, которые много лет идут к олимпийской победе. А победив, не знают, что делать дальше, и теряют интерес к жизни. По сравнению с грандиозной целью все остальное кажется незначительным и тусклым. Впрочем, так бывает и в том случае, если великая цель не достигнута. Только тот, кто сумел обнаружить новые желания и поставить новые цели, найдет в себе энергию, чтобы двигаться вперед.

Так что же, бояться ли нам своих желаний? Необдуманных, размытых, навязанных извне — пожалуй, да. Но и только. «Желания — это компас, — резюмирует Варвара Сидорова. — Он указывает, где нам будет лучше всего». Если компас исправен — можно бесстрашно отправляться в путь.

источник — www.psychologies.ru